Геральдика сегодня Научно-просветительский ресурс о современном российском герботворчестве
ГЕРАЛЬДИКА СЕГОДНЯ
| о проекте | добавить в избранное | сделать стартовой | написать письмо | карта сервера |

ОТКРЫТЫЙ ГЕРБОВНИК:
интернет-галерея российских гербовладельцев

 
 
Герб наугад:
ЯШИНА Александра Сергеевна, Санкт-Петербург (2008)

ЛИЧНЫЕ И РОДОВЫЕ ГЕРБЫ
» Право на герб и традиция
» Гражданские гербы сегодня
» Гербы дворян: вчера и всегда
» Записки о родовой геральдике
» Дворянский герб: лицом к лицу

ГЕРАЛЬДИЧЕСКАЯ РОССИЯ:
» - регионы и муниципалитеты
» - герб России на самом деле

ГИЛЬДИЯ ГЕРАЛЬДИЧЕСКИХ ХУДОЖНИКОВ:
» О гильдии
» Художники

НАУКА ГЕРАЛЬДИКИ
» Азы и основы
» Геральдическое чтение
» --

СПЕЦПРОЕКТЫ
» Геральдика в шедеврах
» Геральдический Петербург и вокруг
» Музей рязанской геральдики
» Геральдическая Москва
» Геральдический Иран
» Русская дворянская пуговица

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РФ:
» - Российской империи
» О геральдическом ведомстве
» Федеральные законы и указы
» Ведомственные акты
» Региональные законы и акты
»
 

ГЕРАЛЬДИЧЕСКИЙ СОВЕТ
при Президенте РФ

Всë о геральдической службе России
 

 
ГЕРАЛЬДИЧЕСКОЕ ХУДОЖЕСТВО СЕГОДНЯ
 
 
 
ВСЕ АНОНСЫ RUSSIAN HERALDRY ВОПРОС? ФОРУМ ПОИСК:
версия страницы, оптимизированная для печативерсия для печати

Наказание и поругание герба в Средние века

[ 07.07.2018 ] // Алексендр Черных

Наказание и поругание герба в Средние векаОкончание. (»» Начало публикации).

* * *

Наказание герба было тесно связано с понятием чести. В 1433 г. Родриго де Вилльяндрандо граф де Рибадео поклялся быть «добрым, правдивым, верным другом, союзником и доброжелателем» графу де Бофор виконту де Тюрен своими телом и честью, и, что важно, в случае нарушения клятвы – обесчещиванием своих гербов (diffamation de ses armes), причём в письменном акте, сопроводив его печатью с теми самыми гербами)(48). Таким образом, и сами носители гербов рассматривали их обесчещивание как явно нежелательную вещь, наносящую ущерб общему объёму чести.
_______________
(48) Quicherat J.-É. Rodrigue de Villandrando, l’un des combattants pour l’indépendance française au quinzième siècle. Paris, 1879. P. 244.

Геральдическая диффамация отмечена и в художественной литературе. Когда один из отрицательных героев романа Ж. Мартуреля «Тирант Белый» (1490 г.), Куролес Мунтальбанский послал Тиранту Белому дерзкий вызов на поединок, то назвал его предателем и обманщиком, с угрозой, что если вызываемый Тирант побоится принять вызов, «я велю нарисовать ваши гербы вверх ногами и подвешу их так – вниз головою, как щит предателя…»(49). В ответ Тирант пообещал избавить его «от необходимости ездить по дворам знатных сеньоров, вешать щиты вверх ногами»(50). Далее Куролес сорвал в церкви щиты с гербами Тиранта и бросил их наземь(51), правда, после такого преступления он умер от злости, к счастью, ибо Тирант оценил его действия как «страшное оскорбление, учинённое его гербам»(52). Рыцарский роман настойчив в утверждении рыцарских традиций.
_______________
(49) Мартурель Ж. Тирант Белый. М., 2005. Гл. 77. С. 103.
(50) Там же. Гл. 79. С. 105.
(51) Там же. Гл. 80. С. 106.
(52) Там же. С. 107.

В этом убеждает факт ненамного более ранний. В 1448 г. реальное историческое лицо, валенсийский рыцарь моссен Бернат де Вильярик должен был встретиться в Гранаде пред королём Мухаммадом X, согласившимся быть судьёй поединка, с кастильцем Гомесом де Фигероа, которого оскорбил, назвав вилланом и сыном пахарей (villano e hijo de labradores). Однако, будучи тяжело ранен (возможно, приспешниками Гомеса де Фигероа), де Вильярик был препровождён в Валенсию, и в результате не прибыл на ристание в назначенный день. А его торжествующий противник Гомес де Фигероа в этот самый день перевернул гербы Берната де Вильярик, то есть заказал их изображение, и в таком виде, перевёрнутыми, выставил их в Гранаде, провёз их через всю Кастилию и Валенсию(53). Это вызвало серьёзнейшие разбирательства на самом высоком уровне. Чтобы избавить де Вильярика от бесчестия пришлось вмешаться королю Альфонсо V. В результате по королевской реабилитации от 27 июня 1449 г. честь и гербы Берната были восстановлены, а де Фигероа было запрещено выставлять их перевёрнутыми(54). Так что в «Тиранте Белом» описана ситуация вполне реальная.
_______________
(53) См. Martí de Riquer. El Cavaller Bernat de Vilaric, amic d’Ausias March, lector de Bernat Metge i admirat per Joanot Martorell //Butlletí de la Reial Acadèmia de Bones Lletres de Barcelona. Vol. 40. 1985–1986. P. 205–226.
(54) Salicrú i Lluch Roser. Documents per a la història de Granada del regnat d’Alfons el Magnànim, (1416–1458). Barcelona, 1999. P. 427–430.

В наказании герба нередко встречается упоминание о предательстве. Фруассар отмечает, что в 1377 г. народ Лондона, недовольный поведением герцога Ланкастерского во времена малолетства Ричарда II, «повернул его гербы верхом вниз, как если бы он был предателем»(55). В ходе военных действий Столетней войны к началу XV в. как предателя-клятвопреступника стали расценивать и того, кто не платит за себя выкуп и, соответственно, должен подвергнуться публичному выставлению его перевёрнутых гербов(56). Бургундский хронист Жан Молине рассказывает, что в 1481 г. в брабантском Хертогенбосе (франц. Буа-ле-Дюк) Филипп де Кревкёр, сеньор д’Эскердес, служивший в это время Людовику XI, был трактован как предатель, исключён из ордена и по решению рыцарей ордена «изображение его гербов, помещённое по случаю праздника [ордена] на хорах церкви в упомянутом Буа-лё-Дюк, будет изъято с места, где оно помещено, и перенесено, поставлено и прикреплено у дверей церкви, и гербы его будут перевёрнуты и опущены»(57). К этим публично обесчещенным гербам добавились гербы менее тяжко виноватого Филиппа По: они тоже были перевёрнуты, но только в капелле ордена.
_______________
(55) «…lui tourna ses armes ce dessus dessous, comme si il fust traistre». (Froissart Jean. Chroniques. Éd. K. de Lettenhove. Bruxelles, 1867–1868. II, P. 117. Цит. Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 341).
(56) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 340.
(57) «…que le tableau de ses armes, mis en posé en ceste présente feste, au choeur de l’église collégiale dudit Bois-le-Duc, sera osté de la place où il a esté posé, et sera porté, et mis et attaché à la porte de l’église, et ses armes renversées et mises à rebours». (Molinet J. Chroniques de Jean Molinet. Publiées, pour la première fois, d’après les manuscrits de la Bibliothèque du Roi, par J.-A. Buchon. T. I–V. Paris, 1827–1828. T. 2. Paris, 1828. Chap. LXXXIII. P. 295).

Имела место диффамация и по политическим мотивам. В 1408 г. двух посланцев антипапы Бенедикта XIII (Педро де Лу́на) публично опозорили в Париже: в одеяниях с изображением его перевёрнутых гербов они были провезены в повозке по городу и поставлены у позорного столба на Ситэ(58). Согласно Монстреле, серебряная перевязь на знамени Бернара VII д’Арманьяка была знаком диффамации, наложенным папой на одного из предков коннетабля, который якобы совершил преступление против Церкви(59). Однако герба графа д’Арманьяк с перевязью неизвестно. Возможно, это часть кампании бургундской партии для дискредитации Арманьяков.
_______________
(58) Monstrelet Enguerrand de. Chronique. Éd. L. Douët d'Arcq. T. I–VI. Paris, 1857–1862. T. I. Chap. 43. P. 264–265.
(59) «…icelle bande, dont on faisoit, si grant feste et joye, avoit esté baillée ou temps passé aux predecesseurs d’icelui conte, a la porter a tousjours lui et ses hoirs, pour la condemnation d’un pape, en signe d’amende, por ung forfait que les devant diz d’Armagnac avoient fait et commis contre l’eglise, au temps dessusdit». (Monstrelet. Chronique. Éd. L. Douët d’Arcq. T. I–VI. Paris, 1857–1862. T. II. P. 466–467). Жан Ле Февр воспроизводит этот пассаж хроники Монстреле практически дословно в Jean Le Fèvre. Chronique. Éd. Fr. Morand. Paris, 1876. T. I. P. 158–159.

Геральдическая диффамация как наказание нередко принимала символические формы; в мире, где дом мятежника или стены непокорного города могли быть показательно разрушены, земля под ними распахана и посыпана солью, все деревья в имении срезаны до уровня роста человека (hauteur d’infamie)(60), нет ничего удивительного в публичном выставлении перевёрнутых гербов, раскалывании их, наказании «в изображении». Физическое отсутствие графа Робера д’Артуа, обвинённого в 1332 г. в подлоге и изготовлении фальшивых печатей(61) в смысле наказания ничего не меняло – его гербы были выставлены перед собранием пэров, что позволило считать его присутствующим и осудить, лишив всех титулов(62).
_______________
(60) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… P. 335–336.
(61) Idem. P. 337.
(62) Paris, BNF, ms. fr. 18437. Fol. 2r. Цит. по: Hablot L. La captation royale… P. 235.

Практика subversio armorum в течение XV в. соединилась с практикой executio in effigie(63). Эти сделанные из бумаги или пергамена «изображения» были недолговечны, но скудные свидетельства имеются. Так, сразу же после присоединения Бургундии в апреле 1477 г. «художнику Тибо Ле Лёр из Дижона было заплачено за рисование на больших бумажных листах четырёх мужских фигур, предназначенных для того, чтобы быть повешенными за ноги на четырёх главных воротах города»(64).
_______________
(63) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 342.
(64) Archives Departementales Côte-d’Or, Comptes généraux, B. 11413. Fol. 229. Цит по: Hablot L. La captation royale… P. 236. Пример этот использовал Cassagnes S. Punir l’image… P. 392–399.

«12 октября 1477 г. лейтенант стражи превотства Брюгге приказал заплатить проживающему в Брюгге художнику Жану де Молиссону сумму в 20 турских солей за его труды в оплату того, что он сделал и написал на 4 больших листах бумаги изображение мессира рыцаря Жана де Шалон, принца Оранского подвешенным за ноги на виселице, и его гербы перевёрнутыми, за то, что он был предателем и не верен королю»(65).
_______________
(65) «A la date du 12 octobre 1477, le lieutenant du garde de la prevote de Bourges mande au receveur de Berry de payer a Jehan de Molisson, peintre demeurant a Bourges, la somme de XX sols tournois pour ses peines et sallaires d’avoir faict et peint en 4 feuilles de papier, en la grant forme, la figure de messire Jehan de Chalon, chevalier, prince d’Orange, comme pendxi par les piedz a ung gibet et ses armes renversees, ainsy que img traistre et desloyal auroy». Rouen, BM, ms. 5870 (Recueil Menant), VI. f. 160. Процитировано у A. Van den Put. The Monypenny Breviary, переиздано в Proceedings of the Antiquaries of Scotland. V. 6. 1922. P.108–109.

В конце XIV – начале XV вв. появился новый тип документа – диффамирующие послания (lettre de diffamation, Scheltbrief). Первый известный документ такого типа датируется 1379 г., самое старое сохранившееся письмо – 1420 г.(66) Большей частью это выражение не рыцарских конфликтов, а гражданских споров между должниками и кредиторами. Бесчестящее изображение направлялось обвиняемому с угрозой обнародования. В случае отсутствия реакции оно становилось достоянием общественности и расклеивалось в тавернах, на церковных дверях, у позорных столбов, на виселице(67).
_______________
(66) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 342.
(67) Stuart K. Infamous Images and Defamation Letters in Late Medieval and Early Modern Germany [Rec.] Lentz M. Konflikt, Ehre, Ordnung: Untersuchungen zu den Schmaehbriefen und Schandbildern des spaeten Mittelalters und der fruehen Neuzeit (ca. 1350 bis 1600). Mit einem illustrierten Katalog der Ueberlieferung. H-German, 2007. [Электронный ресурс]. URL: https://www.h-net.org/reviews/showrev.php?id=12890 (дата обращения: 24.01.2016).

На диффамирующем послании 1438 г. Жана Лёвенштайна, обращённом к Людовику Гессенскому(68) есть и переворачивание, и повешение. Аналогичен бесчестящий рисунок 1490 г. от имени Сайдро и Исаака Штраубингеров против Ганса Юдмана, на котором их враг представлен подвешенным за ноги рядом с его перевёрнутыми гербами(69). Преступного оруженосца в уже упомянутом «Тиранте Белом» казнят, вешая его вниз головой(70).
_______________
(68) Der gehaengte Landgraf // Archiv / Institut fuer Stadtgeschichte. Frankfurt am Main. [Электронный ресурс]. URL: http://www.stadtgeschichte-ffm.de/artikel/landgraf.html?zoom_highlight=L%F6wenstein (дата обращения: 03.03.2016).
(69) Mills R. Op. cit. P. 46–47. Копия XVII в. хранится в Bayerisches Hauptstaatsarchiv. Munich.
(70) Мартурель Ж. Указ. coч. Гл. 146. С. 252.


На рисунках:
- слева: рисунок в оскорбительном послании Жана Лёвенштайна ландграфу Людовику Гессенскому. 1438 г.;
- справа: оскорбительное послание Сайдро и Исаака Штраубингеров против Ганса Юдмана. 1490. Копия XVII в.

Визуализация предательства через образ главного предателя Средневековья – повесившегося Иуды(71) шла наряду с педалированием самого предательства им Христа. Упомянутый Жан де Шалон был торжественно объявлен «государем тридцати серебряников»(72) и выдержка из приговора уточняла: «потому что он объявлен, расцениваем и считаем навеки фальшивым, предательским, бесславным, бесчестным, подлым рыцарем, осуждённым быть подвешенным за ноги»(73). Рядом с его изображением были повешены его перевёрнутые гербы(74). Этот подход к визуализации бесчестья, когда рядом с перевёрнутым гербом подвешен вверх ногами его обладатель, был общепонятен. Присутствие гербов говорит об известном социальном равенстве понятий «человек» и «герб», а также о том, что subversio armorum как наказание не оставалось исключительно в сфере геральдики, а относилось к важным мерам социального воздействия на человека.
_______________
(71) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 344.
(72) «prince aux trente deniers». (Lettre au Parlement de Paris donnée à Cambrai le 6 juin 1477. Цит. по: Rossignol M. Histoire de la Bourgogne pendant la période monarchique. Dijon, 1476–1483. Dijon, 1853. P. 80).
(73) «…pourquoi il est déclaré, tenu et réputé à jamais faux, traistre, diffamé, déshonoré, vilain chevalier et condampné à être pendu aux fourches par les pieds». (Цит. по: Cassagnes S. Op. cit. P. 393).
(74) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 345.

Разумеется, диффамация герба не ограничивалась одним переворачиванием его, но переворачивание было каноном. При этом были и другие примеры соотнесения герба с объектами, которые средневековый человек считал унижающими – на спине осла, коровы или свиньи, в заду (буквально) животного. В бесчестящем послании 1420 г. Иоанна Нассауского против Жана Баварского-Эно щит с его гербами помещён в зад свиньи(75). В 1468 г. появилось бесчестящее изображение от ландграфа Эрвина V фон Гляйхен цу Бланкенштайн против рыцаря Вернера фон Ханштайн, на котором гербовая печать изображена в таком же положении – помещённой в зад коня и сопровождается красноречивой надписью: «Я наложил мою печать на зад (sur l’anus) этого старого коня, потому что я не сдержал своего обещания, данного в акте с печатью»(76). Помимо бесчестящего изображения послание полно оскорблений в тексте, порочащих его самого и его мать(77). Для большей узнаваемости рыцарь Вернер фон Ханштайн изображён в сине-белом одеянии, со шпорами на ногах. Суть спора – неоплаченные долги. Письмо фон Гляйхена предназначалось для оказания давления на ландграфа Людвига II Гессенского, которому фон Гляйхен одолжил более 2000 гульденов. При получении денег был составлен договор с собственной подписью Людвига II, подкреплённый подписями и печатями представителей гессенской знати, которые согласились служить гарантами-поручителями, среди них и Вернера фон Ханштайн. Неуплата долга вызвала диффамацию поручителя(78).
_______________
(75) Wiesbaden, Hessiches Hauptstaatsarchiv, Abt. 170 Nr. 1026; Scheubrief des Ritters Werner von Hanstein an den Grafen Erwin von Gleichen, Herrn zu Blankenstein, 1468 Maerz 14 // Bestand 2: Auswaertige Beziehungen Grafen von Gleichen. Dokument 15 /DigAM (Digitale Archiv Marburg). [Электронный ресурс]. URL: http://www.digam.net/document.php?dok=3489 (дата обращения: 03.03.2016).
(76) «Je place mon sceau sur l’anus de ce vieux cheval car je n’ai pas tenu ma promesse donnée et scellée par un acte» (Marburg, Hessisches Staatsarchiv) (Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 344).
(77) Hupp O. Scheltbriefe und Schandbilder. Ein Rechtsbehelf aus dem 15. und 16. Jahrhundert. Muenchen-Regensburg, 1930, S. 20.
(78) Stuart K. Op. cit.


На рисунке: бесчестящее послание графа Иоанна III Нассау-Дилленбург против Жана III Страубинг-Голланд. 1420; фрагмент.

Средневековые свидетельства эмблематических санкций сравнительно немногочисленны. И напротив, трактаты Нового времени переполнены упоминаниями наказаний за неблагородное поведение благородных(79). Они настаивают – и относят это к нравам и обычаям Средневековья – что заклеймение и низвержение гербов есть самое большое бесчестье, которое может испытать благородный человек; копьё его будет сломано, шпоры сдёрнуты и разбиты на куски, гербовая котта разодрана и брошена к ногам, коню его отрежут хвост(80).
_______________
(79) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… P. 336.
(80) «La fleſtriſſure & l’abatement des armes, eſtoit la plus grande ignominie que pouuoit receuοir vn Gentilhomme, ſa lance eſtoit rompuë, ſes eſperons luy eſtoient arrachez, & briſez en pieces, ſon baudrier, & ſa ceinture deſceins, ſon eſpée, & ſa maſſe d’armes caſſée contre ſon caſque; ſon cimier, ſon volet, ſon bourlet, & ſa cotte-d’armes, déchirées, foulées aux pieds, & ſon Cheual auoit la queuë coupée ſur vn fumier, & bien ſouuent luy & toute ſa race eſtoit declaré Roturier». (Anselme P. Le palais de l’honneur, contenant les genealogies historiques des illvstres maisons de Lorraine et de Savoye, & de pluſieurs nobles Familles de France. Paris, 1664. Ch. XXXV. P. 112).

П. Ансельм со ссылкой на М. Вюльсона де Ла Коломбьера описывает случай со сдавшим крепость капитаном Франже, осуждённым в Лионе. От имени гербового короля он был обвинён в вероломстве, поэтому приговорён к лишению чести и объявлен ротюрье. «Во исполнение этого приговора возведены два эшафота, на одном из которых рыцари и экюйе, сопровождаемые герольдами с их гербовыми коттами, и на другом капитан Франже в полном вооружении, и его щит с гербами помещён на столб перед ним, перевёрнутым сверху вниз. Рядом с Франже священники, которые поют заупокойную службу, по окончании которой гербовые короли оглашают решение судей в отношении этого капитана. В конце каждого псалма священники делают паузу, во время которой герольды освобождают Франже от какой-либо части его вооружения, начиная со шлема, и крича громким голосом, что это шлем неверного предателя Франже, и говорят то же о его гербовой котте, и так далее – мече, булаве, шпорах, и, наконец, о его щите, который они разбивают на три части молотом; и по окончании псалма Deus laudem meam ne tacueris, его спускают вниз с эшафота, объявляя его и всё его потомство ротюрье»(81).
_______________
(81) «Pour l’execution de cét Arreſt, l’on fit dreſſer deux eſchaffaux, ſur l’vn eſtoient les Cheualiers & Eſcuyers, aſſiſtez des Heraults auec leurs cottes-d’armes, & ſur l’autre eſtoit le Capitaine Franget armé de toutes pieces, & ſon eſcu blazonné de ſes armes mis ſur vn pal, deuant luy, renuerſé la pointe en haut: aux coſtez de Franget eſtoient des Preſtres qui chantoient l’Office des Morts, leſquel eſtant fini, les Rois-d’armes publierent la Sentence des Iuges contre ce Capitaine. A la fin de chaque Pſeaume les Preſtres faiſoient vne poſe, durant laquel le les Heraults dépoüillerent Franget de quelque piece dę ſes armes, commençans par le heaume, & à meſure qu’on luy en oftoit quelqu’vne, les Heraults crioient à haute voix, cecy eſt le baſſinet du traiſtre & deloyal Franget, & dirent la meſme choſe de la cotte-d’armes; qu’ils rompirent en plusieurs lambeaux, des gantelets, du baudrier, de la ceinture, de l’eſpée, de la maſſe-d’armes, des eſperons, & finalement de ſon eſcu, qu’ils briſerent en trois pieces, auec vn marteau: & comme le Pſalme, Deus laudem meam ne tacueris, fut acheué, on leietta en bas de l’eſchaffaut, ayant eſté declare roturier, & toute fa poſterité; & à cauſe de ſa vieillesse, on luy donna la vie ſauue. (Idem. P. 112–113).

О наказании герба в контексте наказания рыцаря говорили и А. Фавэн, и другие(82), детально описывая церемонию, в ходе которой осуждённый лишался герба и в виде гербовой котты, и в виде щита. Щит с гербами осуждённого подвешивался на столб в перевёрнутом виде, затем разбивался герольдом на три куска. Осуждённого на верёвке спускали с эшафота вниз, переносили покрытым чёрной материей в церковь, где после заупокойной службы он передавался в руки светской исполнительной власти, казнился или изгонялся(83). Эта публичная церемония разоружения рыцаря с пением псалмов, чтением заупокойных молитв и изображением погребения(84) явно символизирует социальную смерть через визуализацию физической смерти и направлена на исторжение человека из социума, одновременно с диффамацией имени и гербов.
_______________
(82) См.: Favyn A. Le théâtre d’honneur et de Chevalerie. T. I–II. Paris, 1620. T. II. P. 1830–1833; La Curne de Sainte-Palaye. Op. cit. Vol. I. P. 318–321. Fig. 56, P. 319).
(83) Matieu R. Op. cit. P. 233.
(84) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age... P. 336.

Но надо представлять себе возможности наказания герба без лишних иллюзий. Порой речь заходит о навязываемых Средневековью особых обозначениях нерыцарского поведения (abatements, rebatements), суть которых в том, что в связи с проступками герб провинившегося видоизменяется полностью или частично посредством добавления в поле определённых фигур. Это алогичное с правовой и геральдической точки зрения изобретение – плод канцелярской геральдики, ничего общего не имеющее с жизнью. Происходящие из поздних трактатов – скорее всего из М. Вюльсона де Ла Коломбьера, где они перечислены(85) – признаки недостойного поведения (в одном из переводов названные почему-то «знаками отмены»(86)) так же смешны и бесполезны, как попытки португальского королевского законодательства в начале XVI в. геральдически регламентировать бесславность происхождения. Оно настаивало на том, что потомки адюльтера, инцеста или святотатственного соития должны носить в гербе нитевидную левую перевязь, причём плод адюльтера – синюю, инцеста – зелёную, а святотатственного соития – кровавую(87). Максимально можно допустить в этом профилактическую угрозу, а не геральдическую реальность. Эта практика в геральдическом отношении не заслуживает доверия как плод фантазий авторов трактатов XVI–XVII в., например, Дж. Гиллима(88). Трактаты суровы и непреклонны, но обнаружить примеры фактического применения их «законов» не удаётся.
_______________
(85) Vulson de La Colombière M. La science héroïque… Paris, 1644. Ch. X. Des armes deschargées, rompves, et tachées de nottes & marques d’infamie. P. 68–71.
(86) Слейтер Ст. Геральдика. Иллюстрированная энциклопедия. М., 2005. С. 105.
(87) Regimento ou Ordenança de Armaria // Matos A. de. Manual de heraldica portuguesa. Porto, 1942. Apéndice. §16 P. 219, §12 P. 222.
(88) GuillimJ. Op. cit. Section I. Chap.VIII. P. 31–36.

В полной мере развитие концепции «предательства» реализовалось позже, уже в Новое время, в связи с преступлениями «против величества», использованием диффамации герба как политического наказания. Оно подразумевало не внесение изменений, а уничтожение самого герба. Уничтожение герба как отдельный, но, тем не менее, очень распространённый тип обращения с гербом (и близкими к нему визуализациями), появляется на исходе Средневековья, в конце XV в. После гибели Ричарда III под Босвортом в 1485 г. его изобразительный девиз – белый вепрь – был почти повсеместно «изъят и спорот»(89). Факты уничтожения герба, относящиеся к социальным возмущениям, присутствуют в «Хронике Флоренции» Дж. Виллани, есть и другие примеры.
_______________
(89) Фрайер Ст. Геральдика. Гербы – символы – фигуры. М., 2009. С. 78.

Отдельный разряд оскорблений герба составляли оскорбления герольда в должностной одежде, которая представляет собой прежде всего герб(90). Но, собственно, метонимия в данном случае вполне соотносима с метонимией «герб–король», когда оскорбление королевского герба рассматривается как оскорбление короля.
_______________
(90) Privilegio dado aos Reis d’Armas, Arautos e Passavantes // Matos A. de. Op. cit. P. 212.

Примеры обесчещивания герба свидетельствуют о возраставшей власти государя в области геральдического права. Он начинает всё больше контролировать сначала гербы своих вассалов, потом подданных. Поначалу решения о наказании гербов часто принимались государем (иногда - при участии его совета), а позднее просто выносились от его имени трибуналом маршалов; вопрос диффамации мог рассмотреть парламент. Решения эти наказывают гербы исключительно благородные(91), не затрагивая гербы простецов. Отмечены попытки сформировать комплекс проступков, не совместимых с благородным статусом, которые ведут к утрате привилегий знатности и утрате самой знатности, прочитываемой как благородство (noblesse). Диффамация герба стала обязательной частью лишения благородного статуса не раньше, чем само наличие гербов стало восприниматься как признак этого статуса. При этом я не касаюсь проблем правоспособности герба и его места в правовом пространстве Средневековья, при обращении к которым обязательно придётся затронуть вопросы о всеобщности или напротив, сословной принадлежности права на обладание гербом, поскольку это тема другая и обширнейшая.
_______________
(91) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age… 2009. P. 346.

Скажу только, что герб представлял собой часть личного правового достояния и принудительная утрата его или умаление посредством диффамации, конечно, относятся к правовым коллизиям, но не геральдического права, гипотетическое существование которого представляет для многих великий соблазн, а общего права. Наказание гербов исходило от судебных или аналогичных инстанций, а не от герольдии. Герольды в подобных процессах могли быть участниками церемонии или консультантами, не более.

Наказание и поругание герба в Средние века связывались с визуализацией смерти, что достигалось изменением его положения – переворачиванием (subsversio armorum). Попытки принудительных изменений в составе изображения герба успехом, как представляется, не увенчались. Существованию «наказанных» гербов активно противостоял обычай свободной смены герба, действовавший в течение всего Средневековья. В эпоху вольного усвоения герба, герба-имени, переворачивание герба как признак физической и социальной смерти было основным видом диффамации.

Наряду с ним диффамирующее обращение с гербом состояло в обливании чёрной краской, привязывании к хвосту лошади, усиливающими унижение публичными волочении и топтании. Напрашивается вывод, что посрамление герба напоминает аналогичное обращение с трупом врага.

Главный вывод состоит в том, что, разумеется, наказывался не собственно герб, а человек. Просто герб как выражение имени, непосредственно и очень тесно связанный с владельцем, был очевидной возможностью показать это наказание. В Средневековье, когда герб ещё не связан со статусом, этому наказанию можно подвергнуть любого. Распространение наказания герба на других членов рода не было обязательным. Оно существовало в соответствии со средневековой генеалогической концепцией о накоплении родом благодати: благо, совершённое индивидом шло в копилку рода, бесчестье индивида обесчещивало род.

Диффамация свидетельствует в первую очередь о месте герба в жизни общества. Безусловно, диффамация герба обращена к обществу, в котором гербы представляют собой очевидную социальную ценность. Наказание герба должно быть таким же наглядным и публичным, как сам институт герба. В то же время, как писал Р. Матьё, «было почти невозможно принудить кого-либо носить гербы, предназначенные служить знаками бесславия»(92). Практически за пределами самого акта осуждения и соответственно диффамации герба эта мера не работала.
_______________
(92) MatieuR. Op. cit. P. 239.

Вплоть до конца XV в. корона ещё не имела монополии на контроль над геральдической идентификацией. Обретение герба не зависело от королевской воли, обладание им не было ни привилегией, ни признаком статуса. Процесс подчинения гербов короне шёл через учёт и контроль. В итоге наряду с временным наказанием герба (переворачиванием) появилась возможность его полного уничтожения. В этом случае уже трудно говорить о диффамации, поскольку не остаётся её носителя.

Что же касается наказания или поругания герба, то их трудно оценить без отчётливого понимания его статуса в системе общественных представлений. При этом интересен не герб, который наказывается, а человек, которого наказывают таким способом и, естественно, особенности общества, в котором в спектре наказаний присутствуют подобные. Проблема осложняется тем, что значение герба исторически менялось, и от личного знака средневековой идентичности он стал проецированием рода и сословия; изменилась роль верховной власти в обретении гербов. Если появилось пожалование гербов, которое позволяло почтить верного, то, соответственно, появилась возможность тем же способом – лишением оных – и наказать неверного(93). Но как наказание это проявилось уже за хронологическими пределами Средневековья, с началом Нового времени.
_______________
(93) Hablot L. «Sens dessubz dessous», Le Blason de la trahison au Moyen Age... P. 337.

* * *

Опубликовано на бумаге:
Черных А.П. Наказание и поругание герба в Средние века // Средние века: исследования по истории Средневековья и раннего Нового времени. Вып. 78 (1–2). Ин-т всеобщей истории РАН. – М.: Наука. 2017. С. 8–30.

Источник: Геральдическое чтение

[ Обсудить в форуме »» ]

 

© Дмитрий Иванов, учредитель ресурса (2002-2018 гг.). Хостинг: Геральдика.ру.
При полной или частичной перепечатке текстов в Интернете гиперссылка на https://sovet.geraldika.ru обязательна.

SSL